ПУТЕШЕСТВИЯ

Страна волшебной красоты

Страна волшебной красоты

Гурзуф с полным правом можно назвать одной из жемчужин Крыма, или, как именовали полуостров встарь – Тавриды. С Гурзуфской долиной связано множество преданий и легенд – о могучей и грозной Великой богине воинственных тавров, о греческой царевне-жрице Ифигении, французской графине-авантюристке Жанне де Ла Мотт и, конечно, загадочных артековских привидениях.

Великая богиня

Гурзуф – это, прежде всего, объемность, многомерность пространства. Крутые улочки и лестницы вверх и вниз, пути в горку – с горки. С одной стороны – море, простор. С другой – кущи, кручи, купы зелени, пронизанные остриями кипарисов, изгибы бухт, изломы скал и камней. Места эти совершенно уникальны по своей энергетике. Казалось бы, тысячелетия минули с тех пор, как отважные и любопытные греки штурмовали скалистые берега, населенные дикими таврами. Да что там история рода человеческого – для того же Аю-Дага, возраст которого насчитывает 150 миллионов лет, все ее тысячелетия – единый миг. На месте «полуденных берегов» Тавриды плескался когда-то теплый океан Тетис, в глубинах которого и родилась из огненной магмы гора, ныне украшающая собой ландшафт одного из красивейших мест Южного берега Крыма. Название ее принято трактовать как сочетание тюркских слов «аю» - медведь и «даг» - гора, Медведь-гора, то есть. Она, действительно, похожа на разлегшегося на пузе мишку, окунувшего морду в морские воды. Но существует другая трактовка названия: от греческого «айос» - святой. То есть, Святая гора. Священная.

Место и впрямь необычное, энергетически мощное. Растворились тавры в круговерти завоеваний и великих переселений народов, люди забыли древних языческих богинь и богов, христианские храмы сменили мечети, потом мечети вернулись... Да, видно, старые божества не пожелали покинуть полюбившиеся места.

Ученые до сих пор спорят, где же располагался храм Великой богини, именуемой греками Парфенос, Дева? Многие ратуют за то, что древнее святилище было на Аю-Даге, так как гора отождествляется с мысом Парфенион (или Партенион), где, по словам древнегреческого географа Страбона, и находился храм Девы. Очень может быть, ведь по другую от Артека сторону Аю-Дага есть поселение Партенит, название которого происходит от греческого слова – девушка.

Имя Парфенос греческого происхождения. Как называли сами тавры свою Великую богиню земли, воды, всего животного и растительного мира, неизвестно: исчезли тавры, исчез их язык, не знавший письменности, и теперь ни одно живое существо не помнит старых названий.

Да и само именование людей, живших в этих землях – тавры, равно как и название края – Таврика, Таврида, тоже не местное. Оно произошло, по принятому ныне мнению, от названия созвездия Тельца (Taurus), с которым в древности отождествлялся полуостров. И как называли себя древнейшие жители этих мест, опять-таки, давным-давно позабыто.

Греки перенесли свое почитание Артемиды на таврскую богиню: ведь Артемида была не только богиней охоты, но и покровительницей плодородия, женского целомудрия, вечно юной и девственной. Со временем сложился миф, вдохновивший великих древнегреческих драматургов Эсхила, Софокла и Еврипида на создание трагедий об Ифигении. Она была дочерью греческого царя Агамемнона – того самого, который участвовал в Троянской войне. Греческий флот, направлявшийся в Трою, задержался в беотийской гавани Авлиде из-за отсутствия ветра. Жрец Калхант объявил Агамемнону, что это месть разгневанной Артемиды: царь убил на охоте посвященную ей лань. Теперь богиня требует, чтобы ей в жертву принесли Ифигению. Нравы в те времена были суровые, военные дела ставились неизмеримо выше родственных чувств, и Агемемнон вызвал дочку в Авлиду: он-де хочет выдать ее замуж за прославленного героя Ахилла. Но вместо брачного алтаря девушку ожидал жертвенный. Однако в самый последний момент Артемида (мотивации богов не всегда исповедимы) похитила Ифигению с алтаря, заменив ее ланью, и перенесла в свой храм, находящийся в Тавриде. Там Ифигения стала жрицей и должна была приносить в жертву всех попавших в эти края чужеземцев. Так жертвой Ифигении чуть не стал ее брат Орест, приплывший в Тавриду, дабы забрать в Элладу украшавшую храм статую Артемиды Таврической. Однако сестра вовремя узнала и спасла брата, и они вместе отбыли в Элладу – разумеется, прихватив статую. Но что такое статуя – всего лишь изображение, кумир, сколько их за века утрачено, разбито на мелкие кусочки, смешавшиеся с землей! А божественное присутствие Великой Богини все еще ощущается на прекрасных берегах Тавриды. Потому что земля и вода помнят ее истинное имя.

Византийская крепость и пушкинский кипарис

Остатки таврских поселений раскопаны у склонов Аю-Дага и на скале Дженевез-Кая, еще одной местной достопримечательности. Ее название переводится с крымско-татарского как «Генуэзская скала», так как на ней некогда возвышалась крепость, возведенная генуэзцами.

Однако крепость стояла на скале задолго до генуэзцев. Первое письменное упоминание о Гурзуфе имеет место в трактате «О постройках» византийского историка Прокопия Кесарийского, написанном в 553-555 годах (VI век). Прокопий пишет, что по приказу императора Юстиниана I в поселении Горзувиты, находящемся в удобной бухте южного побережья Тавриды, была построена крепость (как раз на скале Дженевез-Кая). Византийская крепость просуществовала до VIII века, когда захватившие Таврику хазары разрушили ее. Крепость отстроили заново в X веке: она служила резиденцией местным правителям вплоть до середины XIV столетия – тогда представители независимого города-государства Генуя устроили там свой форпост. Но в конце XV века крепость вновь была разрушена – на этот раз турками-османами, захватившими Крым летом 1475 года. С тех пор крепость не восстанавливалась, а в 1965 – 1967 гг. на ее месте была построена гостиница «Скальная». Но остатки древней крепостной стены еще сохранились на Дженевез-Кая.

Вплоть до середины XIX века древний Гурзуф – лишь малозначительная и малонаселенная прибрежная деревенька. Минули 300 лет турецкого владычества, в 1783 году Крым присоединили к Российской империи. В начале XIX века часть местной земли была пожалована герцогу Арману Эммануэлю де Ришелье, одному из основателей Одессы, бывшему тогда генерал-губернатором Новороссийского края. Ришелье повелел построить в Гурзуфе дом. Летом 1820 года дом снимала семья героя Отечественной войны 1812 года генерала Н. Н. Раевского. Тогда-то Пушкин и провел в Гурзуфе, в гостях у Раевских, несколько недель. Место это совершенно пленило поэта. Вот как он описывает свои чувства в письме к брату: «Корабль плыл перед горами, покрытыми тополями, виноградом, лаврами и кипарисами; везде мелькали татарские селения; он остановился в виду Юрзуфа… Проснувшись, увидел я картину пленительную: разноцветные горы сияли; плоские кровли хижин татарских издали казались ульями, прилепленными к горам; тополи, как зеленые колонны, стройно возвышались между ними; справа огромный Аю-Даг… и кругом это синее, чистое небо, и светлое море, и блеск, и воздух полуденный…». Александр Сергеевич называет этот период «счастливейшие минуты жизни моей». Он пишет другу Дельвигу: «Я любил, проснувшись ночью, слушать шум моря – и заслушивался целые часы. В двух шагах от дома рос молодой кипарис; каждое утро я навещал его и к нему привязался чувством, похожим на дружество». Кипарис до сих пор высится в парке рядом с бывшим домом Ришелье – ныне это парк санатория «Пушкино», а в доме находится музей поэта.

Призраки былого

Как известно, Арман Эммануэль де Ришелье был потомком знаменитого кардинала Ришелье, которого великий выдумщик Александр Дюма сделал героем романа «Три мушкетера». И если уж мы заговорили о героях Дюма, то нельзя не упомянуть еще одну известнейшую личность, послужившую прототипом сразу двух героинь романов писателя – миледи Винтер из «Трех мушкетеров» и Жанны де Ла Мотт из «Ожерелья королевы». На территории артековского лагеря «Морской» находится маленький домик, где теперь, вроде бы, располагается музей основателя и первого директора «Артека» Зиновия Соловьева. Но до сих пор зданьице это именуют либо «Чертов домик», либо «Домик миледи», так как в 1820-е годы там проживала некая загадочная графиня де Гоше, которая на самом деле, якобы, была не кто иная, как знаменитая французская авантюристка Жанна де Люз де Сен-Реми де Валуа графиня де Ла Мотт. В свое время всю Европу всколыхнул скандал, связанный с уникальным бриллиантовым ожерельем баснословной цены. Главными действующими лицами скандала были Жанна де Ла Мотт, ее любовник кардинал де Роган и королева Мария-Антуанетта. В результате аферы, учиненной Ла Мотт, ожерелье оказалось в ее руках, а кардинал, думавший, что покупает ожерелье по порученью королевы, и сама королева, даже не знавшая Жанну (которая представлялась доверенным лицом Марии-Антуанетты), остались не с чем. Кардинала выслали из Парижа, а Жанну секли на площади плетьми, заклеймили и посадили в тюрьму, откуда ей удалось бежать к мужу в Лондон. По преданию, в конце жизни Жанна обрела приют в Крыму, поселившись в глухом урочище Артек. В Крыму она, якобы, и похоронена. Могила ее затерялась, а что стало с ожерельем – неизвестно. Вроде бы, до самой смерти у графини видели шкатулку, которую она очень берегла. Во всяком случае, артековские поверья именно с Жанной де Ла Мотт связывают появление самого известного местного приведения – Белой Леди. Будто бы это дух графини стережет сокровище, зарытое где-то поблизости.

Однако существует и другие кандидатки «на роль» Белой Леди. Есть мнение, будто это дух Ольги Соловьевой, супруги инженера Владимира Березина, основавшего до революции на территории, теперь принадлежащей детскому центру «Артек», знаменитый курорт Суук-Су. Когда Березин скончался, его жена заказала архитектору Н. Краснову, построившему знаменитый Ливадийский дворец, проект часовни-склепа. Там и был похоронен Березин. Ольга Соловьева продолжила дело мужа, ее курорт посещали многие известные люди, в том числе и император Николай II. Соловьева дружила и с Чеховым, чья дача (теперь там музей) расположена в одной из прелестнейших бухточек Гурзуфа. А Федор Шаляпин, пораженный красотой здешних мест, даже выкупил у Соловьевой участок земли на скале, именуемой ныне Шаляпинской (а также Пушкинской – существует известная картина Айвазовского, изображающая поэта, смотрящего с этой скалы на море): великий певец мечтал построить там «Замок искусств». Но разразилась революция, Шаляпин покинул Россию и проект так и остался нереализованным. Позже Шаляпин писал: «Мечту свою я оставил в России разбитой, иногда люди говорят мне: еще найдется какой-нибудь благородный любитель искусства, который создаст вам ваш театр. Я их в шутку спрашиваю: «А где он возьмет Пушкинскую скалу?». Так вот, возвращаясь к Ольге Соловьевой. После революции она тоже эмигрировала. Склеп же Березина был разграблен, его останки выброшены мародерами и перезахоронены набожными местными жителями в обычной могиле. Долгое время там находился угольный склад, потом – мусорный накопитель. Лишь в начале 1990-х усыпальницу привели в надлежащий вид и частично реставрировали. Она расположена на территории лагеря «Лазурный». А дух Ольги Соловьевой, будто бы, до сих пор сторожит оскверненную могилу любимого мужа.

Существует также легенда, что Белая леди – дух безвременно усопшей дочки генерала Виннера, скончавшейся от несчастной любви. Виннер некогда был владельцем имения в урочище Артек (ныне территория лагеря «Горный»). Первым же, кто приобрел здесь имение в 1824 году, был польский граф Густав Олизар, назвавший его «Кардиатрикон», что в переводе с греческого означает «исцеление сердца». В 1825 году в гостях у Олизара побывал великий польский поэт Адам Мицкевич, оставивший о месте сем восторженные строки: «Часть Крыма между горами и морем представляет одну из прекраснейших местностей в мире. Небо так же чисто и климат так же мягок, как в Италии, но зелень красивее. Передо мной страна волшебной красоты...».

Между прочим, автор этих строк имеет свидетельство о явлении Белой Леди, что называется, из первых рук. Случилась это не далее как нынешним летом на международном детском кинофестивале «Алые паруса в «Артеке», также имеющем свою богатую историю – в этом году он проходил в девятнадцатый раз. Это настоящий праздник для ребят, отдыхающих в «Артеке»: они имеют возможность посмотреть интересную кинопрограмму, встретиться с известными актерами, поучаствовать в обсуждении фильмов. Так вот, один коллега-журналист в ночь накануне Ивана Купала (с 6 на 7 июля) пошел в одиночестве купаться в море. На пустынном темном пляже он и наблюдал явление таинственной фигуры в белой хламиде. Далекий от мистики коллега признался, что у него мурашки по телу побежали и поинтересовался – а что это могло бы быть? На что и получил в ответ историю о Белой Леди.

Много еще можно рассказывать об этом удивительном Гурзуфе. Но самое главное, что хочется сказать, – очень важно сохранить это место, дабы не стало оно жертвой стремления чиновников распродать все в частные руки, чтобы жадные до наживы и лишенные воображения дельцы не понастроили здесь баров, ресторанов и отелей с громкими ночными дискотеками. Этого всего и так уже предостаточно в Гурзуфе. И современный отдыхающий не может уже, подобно Александру Сергеевичу, всю ночь слушать море. Упоительная гурзуфская ночь с шорохом волн и треском цикад сотрясается громким «умца-умца» и над морем летят разухабистые слова современной эстрадной попсы. Лишь детский центр «Артек» пока еще мирно дремлет под боком у веселящегося курорта, и по дорожкам и тропинкам, меж благоухающей зелени, ночами бродят призраки былого.

Светлана ХАРИТОНОВА

Источник - oracle-today.ru

310 shake