ПУТЕШЕСТВИЯ

Крепость

Крепость

На вершине одной из скал Иудейской пустыни, поднимающейся на 445 метров над Мертвым морем, в 25 году до рождества Христова царь Ирод Великий построил неприступный дворец-крепость, в котором можно было переждать многолетнюю осаду. Надобности такой у Ирода не возникло, однако его детище по имени Масада вошло в историю не только как памятник истории и эллинистической архитектуры, но и как символ беспримерного мужества.

Скала, которой нет

Договоримся сразу не путать Масаду с Моссадом – политическим разведывательным ведомством государства Израиль. Слова эти меж собой не связаны. Моссад в переводе с иврита – «ведомство», Масада или Мецада означает «крепость». Роднит Масаду с Моссадом лишь одна из притчей Соломона, ставшая девизом израильских разведчиков: «С обдуманностью веди войну твою». Впрочем, об этом позже.

Масада расположена недалеко от города Арад у шоссе Эйн-Геди - Эйн-Бокек прямо над Мертвым морем. Дорога от Иерусалима на машине занимает около двух часов. Зелень ухоженных финиковых плантаций многочисленных кибуцев сменяют безжизненные холмы, иной раз составляющие почти марсианские пейзажи с вкраплениями черных бедуинских палаток.

На полпути к Масаде на обочине шоссе лежит верблюд. Он лежит там каждый день и, судя по его, мягко выражаясь, потрепанному виду – не первый десяток лет. Верблюд это непростой. Он – отметка высоты. Горбатый застыл на уровне мирового океана, что подтверждает специальный информационный щит.

Далее начинается «погружение». Уши не закладывает – уклон небольшой, дорога почти пологая: никаких серпантинов.

Известно, что теперь Мертвое море находится ниже уровня мирового океана на 423 метра. Теперь - потому что это число ежегодно увеличивается примерно на метр: море пересыхает. Дорогой встречается несколько отметок на скалах, вырубленных в начале прошлого века английскими археологами. Вот здесь, и здесь, и здесь чуть более ста лет назад было море, которое ныне далеко внизу. Причиной экологической катастрофы стал человек –впадавшие в море речушки «расходятся» на сельскохозяйственные нужды. В результате пересыхания образовался перешеек, разделивший море на две части – Северную и Южную. Масада буквально нависает над узкой полоской суши.

Можно предположить, что и в древности здесь было самое узкое место водной преграды, потому крепость на скале была устроена как дозорный и таможенный пост на пути торговых караванов.

Скала впечатляет размерами. Случись вам побывать в тех местах, вы сразу найдете глазами Масаду, точнее – ее подпирающий небо постамент. При этом, если считать относительно уже помянутого верблюда, скалы вроде как и нет – так, небольшой холм высотой 22 метра. Ну, да к чему нам эта относительность…

Показания перебежчика

«Природа этой местности такова: скалистый утес значительного объема и огромной высоты окружают со всех сторон обрывистые пропасти непроницаемой глубины, недоступные ни для людей, ни для животных…Здесь первый построил крепость первосвященник Ионатан, назвавший ее Масадой. Впоследствии царь Ирод потратил много труда, чтобы привести ее в благоустроенный вид». Так в своем девятитомном сочинении «Иудейская война» знаменитый еврейский историк Иосиф Флавий (он же - Йосееф бен Матитьягу) описывает Масаду.

Заплатив в кассу 45 шекелей, мы получаем русскоговорящего гида из бывших наших соотечественников. Начальная точка экскурсии – музей Масады, расположенный у подножия скалы рядом с площадкой фуникулера.

Здесь имеется изображение автора «Иудейской войны». Гид обильно сыплет цитатами из Флавия, не скрывая неодобрительного отношения к его жизненному выбору. Узнаем, что Флавий начинал как истинный патриот, борец с римской оккупацией, однако, попав в плен, что называется, сломался. Мало того: бывший иудейский военачальник принялся открыто восхищаться экономическими и культурными достижениями латинян, да еще и сделался другом императора Веспасиана и наставником его сына Тита, разрушившего Второй храм!

Я смотрю в грустные глаза Флавия, в очередной раз проникаюсь трагизмом статуса - свой среди чужих, чужой среди своих, - и направляюсь вслед за гидом к фуникулеру.

Царский пол с подогревом

Признаться, фуникулера я побаивался, вспоминая некогда виденные в горах Северного Кавказа одноименные сооружения. Нет, тут все иначе – никаких сидений, тоскливо болтающихся над бездной, никаких скрипящих тросов: просторная кабина с большими окнами, в которую свободно помещается тридцать человек. Пока мы поднимаемся, я расскажу о первосвященнике Ионатане и царе Ироде. Рассказ будет коротким – вагончик фуникулера достигает вершины всего за минуту.

Ирод заложил новую династию, как нетрудно догадаться – Иродиадов, сменившую на троне царский род Хасмонеев. Одним из последних славных представителей Хасмонеев был Александр Янай, совмещавший функции правителя с саном первосвященника. Иудейское имя Александра - Ионатан (Йонатан). В своих завоеваниях Александр Янай присоединил к иудейскому царству территорию современных Голанских высот, небезызвестный сектор Газа, гору Кармель и, конечно же, южную часть Мертвого моря, что и ознаменовал сооружением цитадели. Бедный Ионатан и подумать не мог, что Масада сослужит его роду недобрую службу, став укрытием политического противника Хасмонеев – царя Ирода.

Деяния последнего далеко неоднозначны, даже если отбросить полулегендарный эпизод с избиением младенцев. Ирод был, как бы теперь сказали, западником - ориентировался на Рим, при этом, в отличие от современных приверженцев европейской демократии, придерживался тоталитарного стиля правления, а потому вызывал неудовольствие как «либеральных», так и «патриотических» сил иудейского общества. Немудрено, что восстания и заговоры против самодержца следовали нескончаемой чередой. В 37 году, едва получив из рук римлян власть, Ирод с семейством, преследуемый сторонниками свергнутых Хасмонеев, был вынужден бежать… Верно! В Масаду.

Фуникулер плавно замирает на вершине. Узкой террасой, словно прилепленной к телу скалы, под которой зияет пропасть и переливается ультрамарином Мертвое море, проходим через крепостные ворота внутрь Масады.

Не обманул Флавий – взору открывается плато, обильно усеянное древними развалинами. Это все, что осталось от некогда великолепно укрепленного дворца Ирода Великого.

История его возникновения такова. Запершись в крепости, Ирод, по воспитанию настоящий эллин – потому эстет и сибарит, не чувствовал себя комфортно. Это полбеды. Полная беда была с водой – дожди, как назло, не шли. Под благовидным предлогом – позвать на помощь федеральные войска, то есть римские легионы -- Ирод ускользнул от семейства и удивительным образом прошмыгнул мимо вражьих дозоров. Оставшиеся в крепости едва не погибли от обезвоживания. По счастью, вскорости случился дождь, а затем и Ирод с подмогой подоспел. Сей горький опыт сидения подвиг тяготевшего ко всяческим строительным новациям государя приступить к строительству не по-военному роскошного убежища.

Чего тут только не было! Великолепные покои, на полах и стенах которых можно найти лепнину и римскую мозаику, многочисленные склады, до отказа набитые зерном, бобами, сосудами с оливковым маслом и финиками, крытые площадки, где можно было передохнуть в тени, любуясь видом моря и близлежащих скал, и даже банный комплекс. О последнем стоит рассказать особо.

Гид показывает тянущиеся вдоль всего периметра крепости желоба. Попадавшая в них дождевая вода стекала в подземелье дворца, скапливаясь в нескольких выдолбленных в скале огромных цистернах. Едва не погибнув во время осады Масады от обезвоживания, Ирод распорядился спроектировать автономную систему водоснабжения. Надо сказать, действовала она безукоризненно: каждый желающий мог хоть ежедневно принимать ванну, ничуть не заботясь тем, что находится в центре безжизненной пустыни. Эти ванны сохранились – их можно увидеть в ныне разверстых подвалах дворца.

Сам же государь предпочитал римские термы, устроенные тоже весьма хитроумно, особенно - парная. Она прекрасно сохранилась, при этом недостаток отдельных конструктивных элементов позволяет понять, как все это дело работало. Рассматриваем собранные из сплющенных глиняных трубок воздуховоды, которые тянулись по всей площади стен от пола к потолку. Под полом, покоящимся на полуметровых опорах, разводили огонь - мало того, что пол получался с подогревом, так еще горячий воздух циркулировал по трубам, нагревая стены. Наш провожатый указывает на ряд опор пола, цветом несколько отличающихся от тех, что стоят при входе в парную – вернее, у топки печи. Оказывается, уже в те стародавние времена подрядчики норовили надуть заказчика: опоры, расположенные вдали от двери печи, а потому почти невидимые, сделаны не из дорогостоящего жаропрочного кирпича, а из легко прогорающего известняка. Доведись Ироду прожить подольше или пользоваться термой более интенсивно – царский пол с подогревом неизбежно провалился бы.

Жребий брошен

Конечно, Ирод позаботился и о фортификации своего пристанища. По всему периметру плато была возведена двойная каменная стена, длиной около 1400 метров с 37 сторожевыми башнями, покрытая толстыми досками, надежно укрывающими от вражеских стрел и прочих летающих средств поражения. Эта двойная конструкция немало досадила прокуратору Флавию Сильве и солдатам X легиона, взявшимся в 72 году осаждать Масаду, которая к тому времени осталась единственным очагом сопротивления вспыхнувшего за шесть лет до означенных событий восстания.

После смерти Ирода в Масаде стоял римский гарнизон, в 66 году вырезанный восставшими иудеями. Впрочем, это были не просто иудеи. Теперь бы их назвали «непримиримыми», тогда называли – сикариями: от латинского слова «sica» - кинжал. Излюбленным занятием этих рыцарей плаща и кинжала было подкрасться в толпе к запятнавшему себя сотрудничеством с оккупационной администрацией отщепенцу и всадить под левую лопатку стилет – отсюда и прозвание. Надо сказать, и это признал даже наш патриотично настроенный гид, засевшие в Масаде сикарии воевали не с регулярными войсками, а с гражданским населением, убивая и грабя коллаборационистов.

Уже после того, как пал Иерусалим и был разрушен возведенный (кстати сказать, Иродом) Второй храм, римляне обратили взоры на Масаду и взяли ее в плотное кольцо – дабы ни один повстанец не сбежал.

…Смотрю вниз – с вершины скалы хорошо различима линия осадной стены и прямоугольные периметры нескольких римских лагерей…

Скоро осознав тщетность попыток взять твердыню приступом или измором (веселясь, сикарии поливали римлян водой, имевшейся у них в достаточном количестве), прокуратор Сильва взялся за серьезные инженерные приготовления. По Флавию, 9 000 рабов таскали землю и бревна, возводя с западной стороны скалы насыпь. Затем рабы вкатили под стены крепости осадную башню с тараном – римляне пошли на штурм.

Тут уместно вернуться к помянутому вначале девизу созвучного с именем твердыни разведывательного ведомства. Сикарии не сидели без дела – свою войну они вели с обдуманностью. Иудеи разобрали деревянные перекрытия и в месте, где римляне собирались пробить брешь, наполнили пространство меж стен бревнами: получился амортизатор, не позволявший кладке разрушаться. Возможно, Сильва так и не взял бы Масаду, не удайся легионерам поджечь бревна. Почему сикарии не потушили пожар, Флавий умалчивает, зато рассказывает о том, как предводитель повстанцев Элазар Бен-Яир, осознав, что устоять им не удастся, обратился к соратникам с пламенной речью. «Пусть наши жены умрут не опозоренными, а наши дети - не изведавшими рабства, вслед за тем мы и друг другу сослужим благородную службу, тогда нашим почетным саваном будет наша сохраненная свобода».

Пройдя мимо колумбария – стены, поделенной на ячейки (здесь устраивали гнезда голуби, которые служили осажденным основным пропитанием, позволяя сохранять в неприкосновенности запасы продовольствия), попадаем в синагогу – полуразрушенное здание со ступенями вроде сидений римского амфитеатра и остатком колонны в центре. Надо заметить, что обнаруженная в Масаде синагога стала настоящим открытием, разрушившим теорию прежних лет о том, что в период существования Храма евреи мест для моления не создавали. Именно здесь Бен-Яир предложил соратникам бросить жребий. Дело в том, что в иудаизме, равно как и в других религиях, самоубийство считается не имеющим оправдания грехом, потому повстанцы решили свести его, как говорится, к минимуму. Умертвив своих жен и детей, мужчины избрали десять человек, которые и зарезали собратьев. Затем, один из принявших на себя страшную миссию покончил с девятью оставшимися и, наконец, с собой.

Масада больше не падет!

Ворвавшиеся в крепость римляне обнаружили 960 бездыханных тел и ломящиеся от запасов склады. По Флавию, сикарии не уничтожили продовольствие, чтобы римляне не подумали, что принять смерть защитников Масады их побудил голод. О том, что произошло в крепости, Сильве поведали две женщины, укрывшиеся с несколькими детьми в одной из цистерн для сбора воды…

Вот такая славная и страшная история, которую некоторые историки ставят под сомнение: дескать, археологами в Массаде не было найдено массовых захоронений. Не нам судить, насколько правдив Флавий, тем более что останки 28 человек все же были найдены на разных уровнях дворца и в 1969 году с воинскими почестями преданы земле с западной стороны скалы. Был найден и черепок с надписью «Элазар»: видимо, имя одного из тех, кому выпал жребий умертвить своих товарищей.

Сидя в машине с включенным кондиционером, постепенно отходя от изнуряющего солнечного жара, я читаю в путеводителе о том, что до недавних пор новобранцы ЦАХАЛ (армия обороны Израиля) приносили в здесь присягу, заканчивающуюся словами «Масада больше не падет!». Однако кто-то из высших эшелонов власти решил, что подрастающему поколению не стоит равняться на сикариев, допустивших пусть и единственное, но самоубийство, как и не стоит начинать службу с посещения места, где иудеи потерпели поражение. Что ж, горькая история иудейского народа предоставляет ЦАХАЛ богатый выбор.

Михаил МАМАЛАДЗЕ

Источник - oracle-today.ru

http://xn----dtbhaqrlicdbg1b3d.xn--p1ai/materialy/17-temnoe-pechnoe-toplivo-dlya-importnykh-kotlov